Роман Носиков

Роман Носиков рассуждает о культурных кодах, которыми насквозь пропитана вся сегодняшняя массовая культура:

На этой неделе ваш покорный слуга снова совершал подвиг самопожертвования во имя читателей.

Самопожертвование заключалось в добровольном, осознанном, не смягчённым медикаметозно сравнительном просмотре фильмов «Борис Годунов» и «Кориолан».

Оба фильма относятся к специфическому жанру «актуализированной классики», в котором классические герои классических произведений перемещаются в наш современный мир, одеваются в современную одежду, ездят на современных автомобилях, — но продолжают говорить стихами от классиков.

Делается это всё для того, чтобы

либо 1) доказать актуальность классики, ее вечность, обращенность к главным непреходящим свойствам человека,

либо 2) чтобы взять ни в чём неповинного классика и назначить себе в единомышленники, а то и вовсе – в сообщники.

Недавно вышедшего актуализированного «Макбета» я отношу скорее к первому варианту, а вот «Кориолана» и «Годунова» — ко второму.

Оба фильма самоизобличают себя тем, что исправляют оригинальное произведение, что совершенно не нужно было бы, если бы авторы фильма были бы согласны с авторами оригинальных классических произведений. Но Рейф Файнс не согласен с Шекспиром, а Владимир Мирзоев не согласен с Пушкиным. Поэтому с классиками особо не церемонятся – удаляют лишнее, дробят целое, впихивают невпихуемое, натягивают на глобус и предлагают нам наслаждаться результатом.

Однако, есть между фильмами помимо сходства методов и коренное различие: «Кориолан» не лжёт в главном, в отличие от «Годунова».

«Кориолан» начинается с того, что в Риме, локализованном в нашем мире в Лондоне, римский плебс, одетый в белоснежные водолазки и оттого более всего похожий не на озлобленных рабочих, а на фрондирующих интеллектуалов — ссорится с генералом Марцием в исполнениии любимого нами (за отчетливое произношение слов «Авада Кедавра») Рейфа Файнса. Тулл Авфидий в исполнении Джерарда Батлера (любимого нами за крик «Это СПАРТАААА!!!)», предводитель враждебных Риму вольсков — обретает автомат Калашникова и явно становится сербским террористом. Так, он расстреливает римских заложников. Зачем нужно было превращать римский плебс в бесящихся европейских леваков? Зачем нужно было полководца Тулла Авфидия превращать в сербского террориста? Зачем увечить и первоисточник и реальность? Ведь в реальности нет сербских террористов, расстреливающих британских солдат на камеру. Нет и в шекспировской реальности террориста Авфидия. Напротив, там есть человек, которого Кориолан очень уважает:

Вождь их — Тулл Авфидий,
А с ним хлопот не оберетесь вы.
Завидую я доблести его
И только им, когда б я не был Марций,
Хотел бы стать.

Зачем же уважение Кая Марция к могучему врагу «Он — лев. Я горд охотой на него» превращать в уважение к убийце беззащитных? В чем причина этого искажения? В чем цель?

Разве сербская армия нападала на Великобританию? Зачем глобус в сове?

Но все это – лишь рюшечки к основному конфликту – конфликту «истинной элиты» и плебса подверженного политтехнологиям, которые олицетворяются Сицинием Велутом и Юнием Брутом. В исходном «Кориолане» Шекспира, Велут и Брут отвратительны тем, что натравливают римский плебс на Кориолана – храброго воина готового на все для Родины. Они подменяют собой народ и Родину, фальсифицируют ее. Они создают смуту:

Кориолан

«Будет! »
Вы слышите, как властно кинул «Будет!»
Тритон плотвы всем нам?

Коминий

Но это слово
Отнюдь не противозаконно.

Кориолан

«Будет!»
О добрый и почтенный, но безвольный
И непредусмотрительный сенат!
Как мог ты допустишь, чтоб проходимцы,
Став трубным гласом черни, этой гидры,
Поток твоих решений, как запруда,
В болото направляли дерзким «Будет!»
Коль власть у них, тогда, отцы, склонитесь
Пред ними головой недальновидной,
А если нет, то гибельную слабость
Пора отбросить. Если мудры вы,
То не уподобляйтесь недоумкам;
А если глупы, то сажайте их
С собою рядом на подушки ваши.
Вы с плебсом, видно, местом поменялись,
Раз голосом его в совете общем
Ваш голос заглушен. Избрала чернь
Сановников себе, как, скажем, этот,
Бросающий запанибрата «Будет!»
В лицо такому славному собранью,
Какого даже Греция не знала.
Он консулов унизил, видит небо!
И я скорблю душою, ибо знаю,
Что стоит лишь возникнуть двум властям,
Как смута проберется в щель меж ними,
Одной другую подорвав.

Вам это ничего не напоминает? Какой-нибудь самозванный «Круглый Стол»?

Или вот это:

Менений

Ты упрямством
Испортишь все. Ну, я пойду. Прошу,
Будь с ними поприветливей.

Кориолан

Сначала
Пусть зубы вычистят себе и рожи
Умоют.

Пару раз во время просмотра фильма мне показалось, что Файнс сейчас скажет что-нибудь про бандерлогов или контрацептивы.

Но на этом аналогии преращаются — так как Кориолан грешит тем, что Сергей Ервандович Кургинян назвал бы «социальным высокомерием». Он презирает не политиков, а римский народ. Лишенный внутренней силы, которую даёт любовь к своему народу, он ломается под ударами политтехнологов. Поэтому в итоге совершает измену и приводит вражеское войско на Рим. И гибнет.

Если бы у нашей творческой интеллигенции были бы мозги и совесть, то примерно так они сняли бы фильм про Колчака. Но имеем то, что имеем.

Намного более фундаментальные проблемы в отношениях с первоисточником обнаруживаются у «Годунова». Начну прямо с главного – с «народ безмолвствует».

Народ в картине Мирзоева не безмолвствует, а отсутствует. Точнее говоря, в фильме реализована ныне весьма популярная в либеральной среде концепция «двух народов». Народа малого – совести российской нации и народа большого — виновного во всех исторических «грехах» России.

Сделано это так – в течение всего фильма показывают две семьи сидящие перед телевизором. Одна семья – отвратительное быдло со стопочками, водочкой, отвратительными орущими детьми с плохими прическами и на засаленной кухне. Вторая семья – на диване, в свитерах 60-е стайл, с обезображенным высшим образованием лицами. Первая семья со всем соглашается, вторая, заламывая руки, издевается над первой.

В самом конце, в тот момент, когда у Пушкина Александра Сергеевича народ вместо приветственных криков отвечает своей предательской элите тишиной, в которой знающий историю родной страны человек сразу же видит будущий СУД, который учинит народ над элитой, — первая семья приветствует Лжедмитрия, а вторая молча выключает телевизор, что как бы намекает нам на то, что народ на самом деле только вторые, а первые – быдло.

Все реплики, которые Пушкин вложил в уста народа и свидетельствующие о таком качестве народа как милосердие, режиссер Мирзаев отдал второй «интеллигентной» семье. Милосердие было приватизировано. Я люблю, когда меня понимают точно, поэтому уточняю: когда я говорю «приватизировано», я, как и многие россияне пережившие приватизацию, имею в виду «присвоено».

При этом начисто игнорируется то, что в оригинале производящему евроинтеграцию Лжедмитрию охотно покоряются и приветствуют его как раз образованные элита и чиновники – дьяки, бояре. Они пытаются сделать народ своим сообщником, но народ – «токари из Перми» и «месиво в кепках»– безмолвствует.

То есть Александру Сергеевичу Пушкину как раз под эти драматичные выборы повязали белую ленту – благо поэт надежно застрелен и возразить вроде бы не в состоянии. В этой связи интересен финальный ход оппозиции на Пушкинскую площадь. Случайность?

И тот и другой фильм насилуют первоисточник, принуждая его к противоестественному для них союзу с идеями, которые авторам-классикам либо чужды, либо и вовсе противны.

При этом надо отметить, что вранья и неуважения к исходному материалу в «Кориолане» на порядок меньше. Это нам говорит и о месте решающей битвы.

«Кориолан» — вполне заслуживает просмотра, а по горячим следам наших президентских выборов будет и весьма интересен.

«Годунов» же — откровенная халтура. Не только изуродовавшая Пушкина, но и, кстати, плохо снятая и плохо сыгранная.

Не смотреть ни в коем случае.

p

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.


Яндекс.Метрика
Суть времени

Татарстан